Адай

Сынов могилы как следы грозы,

Земля, где нет и пяди без слезы…

В такие годы с пламенной душою,

Светивший людям, жил Курмангазы…

(Хамит Ергалиев «Курмангазы»)

 

Приблизившись к аулу, он решил, что попросится передохнуть в первый же дом. В самой крайней юрте никого не было. И хоть казахи никогда не отказывали в приюте путникам, войти он не решился. Через некоторое время появилась пожилая женщина, а вслед за ней и старик, по всей вероятности муж. Поздоровавшись, мужчина вкратце рассказал, откуда он и куда держит путь. Только скрыл свое настоящее имя. Хозяева дома были представителями рода адай. Отказывать гостям было не принято, ведь каждый считался «гостем от Бога», и старик пригласил путника в дом, отдохнуть и подкрепиться.

Как только он вошел в юрту, он заметил домбру, которая висела на ковре. По пучку совиных перьев было понятно, что инструмент принадлежит девушке или сал-серы – акыну-импровизатору. Когда хозяева отлучились, он взял в руки домбру и начал ее настраивать на свой лад. Вдруг послышались шаги. Мужчина быстро повесил домбру на место. Через несколько минут в юрту вошла молодая девушка, за ней — хозяева дома. На вид девушке было лет 16-17. Она даже не взглянула на гостя и сразу пошла к своей домбре. Сняла инструмент и начала играть. Закончив, она отложила ее в сторону и спросила:

—  Кто брал мою домбру?

Старик посмотрел на нее и на гостя, сидевшего на почетном месте. Всем сразу все стало ясно. Слегка насупившись, девушка настроила домбру и начала играть кюй. Гость внимательно слушал ее исполнение, а как только она закончила, сказал:

— Светик, я думал, что ты мне сыграешь кюй, который будет как искра, а ты сыграла наихудший. Дай сюда домбру.

От такой наглости окружающие обомлели. Ведь Акмандай, так звали девушку, считалась хорошей домбристкой в округе,  никто не осмеливался оспаривать ее мастерство.

Гость заиграл и хозяева дома переглянулись. Манера игры разительно отличалась от местной.

Когда он закончил, старик воскликнул:

— Сынок, ты случайно не Курмангазы из рода кызылкурт? Как сильно отличается твое исполнение от игры местных домбристов…

—  Случайно я, — ответил Курмангазы и улыбнулся.

Так выглядит первая официальная версия происхождения кюя «Адай», которую приводит академик Ахмет Жубанов в своей книге «Струны столетий». По его словам, эту версию впервые озвучила Дина Нурпеисова в 1937 г., когда впервые приехала в Алма-Ату на слет домбристов и кюйши. Согласно этой версии на том внегласном поединке Курмангазы сыграл кюй «Серпер», а Акмандай исполнила кюй «Адай».

А знаете ли вы, что в настоящее время существует три версии исполнения кюя «Адай». Первая была переложена на ноты Александром Затаевичем и включена в его книгу «500 казахских песен и кюев». Вторую версию знал кюйши Кали Жантлеуов  и ее переложил на ноты Жубанов. Именно ее мы сейчас называем кюем «Адай». Третью версию исполняла Дина Нурпеисова. 

Версий происхождения кюя несколько. Версию Жубанова поддерживает Абдрахман Кубиулы Жанторин, брат Кубиева Кабдоллы, уроженца Жанакалинского района, который в свое время предоставил много информации о Курмангазы.

Абдрахман Жанторин писал о том, что на момент создания кюя композитору было 45 лет. Если согласиться с общепринятой датой рождения Курмангазы, которая вызывает постоянные споры, а именно 1823 г., то значит год создания кюя — 1868. В то время переходить на противоположную сторону реки Урал запрещалось,  нарушившим предписание грозило суровое наказание в виде конфискации имущества и ареста. Курмангазы все же нарушил предписание: пересек запретную территорию и направился к Нарынским пескам. Вдалеке виднелась одинокая белая юрта, к которой Курмангазы и подошел. Хозяева пригласили путника в дом, но когда он взял в руки домбру, висевшую на стене, старик сказал:

— Сынок, это домбра моей дочки, повесь обратно, иначе она обидится.

Согласно этой версии, на состязании Курмангазы сыграл кюй «Кобик шашкан», а девушка адайка исполнила «Адай термеси», который после стал называться просто «Адай».

Кюйши Окап Кабигожин считал, что автором кюя является не Акмандай, а сам Курмангазы, поскольку чувствуется стиль прославленного композитора. Согласно его предположениям, кюй родился в результате встречи Курмангазы и адайской девушки, поэтому и стал называться в народе «Адай». Получается, согласно первым двумя версиям, автором этого произведения является адайская девушка по имени Акмандай.

Академик Жубанов пишет о том, что кюй «Адай» не мог принадлежать девушке Акмандай, поскольку кюй явно отражает другие события, нежели простую встречу с адайкой. В кюе слышится тревога, топот конских копыт. Он считает, что Курмангазы, взяв за основу название рода, сочинил гимн свободы, вложил в него чаяния всего народа о независимости.

Споры вокруг личности Курмангазы не утихают до сих пор. Это касается и дат рождения и смерти, времени его пребывания в том или ином месте. Есть еще одна версия, которая, на мой взгляд, может сойти за самую правдоподобную.

Курмангазы почти всю свою жизнь жил в нищете и подвергался гонениям со стороны правителей. Основным преследователем Курмангазы был Аубакир Акбаев. Согласно архивным данным, которые приводит историк Исатай Кенжалиев, Акбаев пришел к власти в 1859 г. в возрасте 22 лет. Это был неграмотный, но весьма хитрый  бий. Судить о его личности можно по тем же данным. Кенжалиев пишет о том, что в архивах сохранились заявления от аульчан, написанные на Аубакира. Он отбирал земли и отдавал их в аренду другим. В его подчинении были 300 семей, у которых были 500 верблюдов, 800 лошадей, 1250 крупного рогатого скота, 800 баранов. Как считает Кенжалиев, основной причиной того, что композитор попал в немилость Аубакира, было наличие у Курмангазы скакуна. Он получил его еще жеребенком вместо заработной платы, когда нанимался к одному баю. Почти на всех скачках скакун приходил первым к финишу, что не могло пройти незамеченным для окружающих. Аубакир решил, что нищий Курмангазы не мог приобрести такого коня, а, значит, он его украл! Чтобы забрать скакуна себе, он обвинил Курмангазы в барымте. Противостоять произволу, учиненному Аубакиром, Курмангазы не мог.  Согласно архивным данным в 1857 г. Курмангазы бежал из тюрьмы в Ханской Орде, предварительно распилив решетку. Он долго скрывался и был снова арестован 1 марта 1864 г. за то, что бежал из тюрьмы. Сначала он отбывал наказание в тюрьме Орды. Следствие велось 2 года и 7 месяцев. В 1866 г. Курмангазы был этапирован в тюрьму Уральска. Что было дальше — неизвестно, но, вполне вероятно, что он был отпущен на свободу, поскольку есть задокументированные данные, что в 1868 г. Н. Савичев, служитель Уральской армии, встречался с Курмангазы. Надо отметить, что архивных данных об этом периоде очень мало. Но  точно установлен факт пребывания Курмангазы на землях Мангистау, Устюрта, реки Эмба (Жем) и Сагыз, где он скрывался от Акбаева. Это период считается самым продуктивным в его творчестве. Как раз в этот период и родился кюй «Адай».

Тут уместно рассказать о версии историка-краеведа Максота Жолжана, приведеной  в статье «Біз көштік Сарыарқадан бермен асып». Согласно этой версии Курмангазы сочинил  кюй «Адай» примерно в 1870 г. Связывает Максот Жолжан  это с тем, что именно в этом году произошло Адайское восстание, а Курмангазы как раз в этот период скрывался от Аубакира и находился в этом регионе. Историк пишет: «Этот кюй  может считаться гласом всего казахского народа, мечтавшего о свободе. Название произведения связано с адайским восстанием. Курекен не мог посвятить такой крупный и неповторимый кюй какому-нибудь мелкому событию. Поэтому все утверждения, что авторство принадлежит адайской девушке, либо произведение посвящено другу адайцу, например, адайскому акыну Кашагану, всего лишь догадки и предположения». И в самом деле, если предположить, что Курмангазы скрывался на землях, где в период с 1869 по 1872 гг. поднялись порядка 10 тыс. адайцев Эмбы и Устюрта, то можно согласиться, что версия вполне правдоподобна.

Адайское восстание 1870 г. было жестоко подавлено, отчаянное сопротивление, которое оказало местное население, поражало даже бывалых военных. К примеру, полковник граф Кутайсов писал о восстании: «При первой встрече никто не мог понять, почему они, страшно порубленые, продолжают натиск и никто из них не падает… Оказалось, что все они были привязаны к седлам и не разберешь, кто скачет, — живой или мертвый, и беспорядок происходит страшный, и при такой суматохе чрезвычайно трудно приводить части в порядок».

На мой взгляд, версия о том, что кюй был посвящен восстанию, имеет право на существование, поскольку сам Курмангазы мог и не принимать участие в битвах, но у него была другая сила. Сила домбры. Когда-то его отец Сагырбай, не одобрявший увлечение сына,  назвал домбру «қу ағаш» (сухая деревяшка). Но сила Курмангазы была именно в этой «сухой деревяшке», звуки которой и поднимали боевой дух бойцов.

Когда к домбре он руку протянул

И девушке просительно кивнул,

Она ему не отказала в просьбе.

Пять пальцев в струнах пробудили гул.

Пять длинных пальцев по струнам прошлись.

Потом такие звуки раздались,

Такие звуки вырвались на волю,

Как будто водопад свергался вниз.

«Вот это исполнитель! Исполин!

Бродя страной от гор и до долин,

Не корки собирает он, как нищий, —

Любовь страны, ее достойный сын.

Сери, он, может, человек святой,

В одежде появившийся простой,

Из звуков создает он ураганы,

Как будто молвит: вот, мол, я какой…

О боже, человека сотворив,

В него вложил ты мощных сил порыв.

Но почему твои рабы боятся

Могучих звуков, эти силы скрыв?

Так думала я раньше. До сих пор.

Но этот не боится, этот горд,

Лей на него хоть воду ледяную,

Не погасить его огня напор.

Неукротима у него душа.

О боже мой! Сижу я чуть дыша.

Передо мною предстает он тигром,

Могуществом пленяя и страша.

Поклонница и пленница его,

Лишилась воли я, но отчего

Мне кажется, что я лишилась веса,

Лишилась веса тела своего?

Как будто ураган его несет,

Раскрылив платье, я лечу вперед,

Какая-то неведомая сила

На землю опуститься не дает.

Летя все ввысь, куда-то в синеву, 

Как будто я с себя оковы рву…

Спасителю объятья раскрываю…

Где это все — во сне иль наяву?»

И даже не заметила она,

В такую смуту чувств погружена,

Как завершил игру свою пришелец.

Звенящая стояла тишина.

Еще во власти тех звенящих струй,

Она спросила, как зовется кюй,

И щеки у красавицы пылали,

Как будто бы ожег их поцелуй.

Ей отвечал с улыбкою Курман:

— О, милая красавица Айжан!

Как жаль, что время ваших щек коснется

И волосы окутает туман…

Жестоко время — все ему отдай…

Я называю этот кюй «Адай

И смысл его: готовым будь к сраженьям!

Не ведай страха, бейся, побеждай!

Иль рухни, словно мощный дуб в бору,

Иль выстой, не подвластный топору…

Я тороплюсь — бежал я из темницы.

Дай руку мне! Прощай Ерке-ару

(Отрывок из поэмы «Курмангазы». Хамит Ергалиев)

Кюй «Адай» можно послушать тут

(с) Айжан Хамит. Перепечатка материала запрещена.

Литература: Құрманғазы. Жинақ. Арыс. А.2012

Хамит Ергалиев. Поэма «Курмангазы»

Ахмет Жұбанов «Ғасырлар пернесі»/ Дайк пресс 2002

Поддержи проект!

error: Content is protected !!