«Қайран шешем» — ода матери

курмангазы

Этот рисунок привез Хамит Ергалиев из села Зеленга

Воскресни, седовласый исполин.

Певец степей казахских и долин,

И пусть увидят нынешние люди

Твое лицо и свет твоих седин.

И сколько современников твоих,

Несчастных соплеменников родных

Твоей «Сары Аркою» упивалось,

Грозою проникал ты в души их.

 

Так начинается поэма Хамита Ергалиева, посвященная великому композитору казахского народа Курмангазы.

Годы жизни композитора долгое время были предметом споров. На могиле Курмангазы указаны следующие даты: 1823 – 1896 гг. Однако, существуют версии, что он родился в 1806 или 1818 г., а умер в 1879 или 1889 г.

В 1952 г. композитор и музыковед Ахмет Жубанов и поэт Хамит Ергалиев едут в село Зеленга Астраханской области, чтобы собрать информацию о Курмангазы. Там они встречаются с внуком композитора, по имени Кубаш, который, собственно, и установил первую плиту на могиле своего деда. Как оказалось, плиту изготавливал астраханский татарин, который ошибся и вместо 1889 написал 1879. Дело в том, что надпись на плите была выполнена на арабском языке, в котором очень похожи цифры 7 и 8 (7 — ٧, 8 — ٨ ) их действительно легко перепутать).  Камень — это не бумага, исправить было невозможно, и мастер сказал Кубашу: «Не все ли равно умершему человеку?». На том и решили. С тех пор и пошла путаница.

В 1953 г. в Академию Наук Казахской ССР приходит письмо за подписью нескольких человек, которые присутствовали при погребении Курмангазы. Авторы письма утверждали, что Курмангазы Сагырбайулы родился в 1818 г. и умер в середине 1899 г. К тому же они утверждали, что знали сына Курмангазы Кази и внука Кубаша, описывали характер композитора, его манеру одеваться и рассказывали, что в свои 80 он был сильным человеком и мог поднять гирю весом в 10 пудов.
Однако в 1998 г. Экспертная комиссия Института литературы и искусства им. Ауэзова при Академии наук окончательно установила, что Курмангазы родился в 1823 г., а умер в 1896. Так указано на его могиле.
imagesВ начале девятнадцатого века в местности под названием Жидели, относящейся к Букейскому ханству, в семье Сагырбая из рода Кызылкурт, 12 ата Байулы, родился мальчик. Семья была настолько бедной, не могла справить рождение ребенка должным образом, что сие событие никто из аульчан толком и не запомнил. Это был долгожданный ребенок Сагырбая и Алки.
Младенца не во что было завернуть, так как родители сами ходили в лохмотьях. Старуха, принимавшая роды, взяла кухонный нож и отрезала пуповину новорожденному. «Не будет плаксой», — сказала она и завернула младенца в мешок, который лежал перед дверью.
Поднесла плачущего ребенка к груди матери, но кормить было нечем. Молоко к грудям голодной Алки не прибыло. Старуха принесла немного молока, которое она хранила для чая.
Обычно, когда рождался ребенок, звали муллу, читали азан и давали имя ребенку. Таких возможностей у Сагырбая не было, поэтому он взял его на руки и сказал: «Сегодня Курман (Курбан) айт, пусть тебя зовут Курмангазы». Вот так началась жизнь великого кюйши Курмангазы. Когда Курману исполнилось 6 лет, семья вынуждена была отдать мальчика пасти овец. Увлечение Курмангазы игрой на домбре отец не поощрял и говорил, что не следует так увлекаться игрой на деревяшке, но сына поддерживала мать Алка. В детстве Курмангазы с увлечением слушал заезжих кюйши, среди которых особенно выделялся кюйши Узак. Когда Курмангазы исполнилось 18 лет, он покинул родной аул и начал кочевую жизнь кюйши. Теперь он участвовал в состязаниях наравне с самим Узаком!

Курмангазы стал свидетелем народного восстания казахов против царского колониализма под предводительством Исатай Тайманулы и Махамбета Отемисулы, один из его первых кюев «Кишкентай» посвящен именно этому событию. Чтобы наказать композитора за постоянную критику властей, его неоднократно ложно обвиняли в конокрадстве, он не раз сидел в тюрьмах Орала и Оренбурга. В 1880 г. он поселился в Астраханской области, где собирал вокруг себя учеников, которым и передавал свое мастерство.

Его творчество пропитано чаяниями народа о свободе и независимости. Патриотичные кюи «Сары Арка», «Алатау», «Адай», «Кісен ашқан» и другие по праву вошли в  золотой фонд казахского народного творчества.

Особенно хотелось бы остановиться на произведении «Қайран шешем», своеобразной оде, посвященной матери Курмангазы Алке. Ведь именно она сыграла важнейшую роль в жизни композитора.

Академик Ахмет Жубанов писал об этом творении: «Кюй “Кайран шешем” начинается мотивом глубокого раздумья, будто слышится голос человека, тоскующего по свободе. Затем, в свойственной ему волевой манере, Курмангазы внезапно меняет характер музыки – как будто прорвались темные тучи, и засияло горячее солнце. Темп кюя ускоряется, движение становится стремительным и беспокойным. Может быть, это картина предполагаемого побега. Нет сомнения, что в кюе “Кайран шешем” Курмангазы стремился создать образ мужественной, стойкой в несчастьях женщины – Алки. Тяжелые раздумья пленника, тоскующего по воле, светлая надежда на свободу и уверенность в своих силах – вот внутренняя идея, заложенная в кюе “Кайран шешем”».

Кюй «Кайран шешем» («О, моя мать!») Курмангазы сочинил в тюрьме, в которой он в очередной раз оказался  по ложному обвинению в конокрадстве. Его мать Алка пришла навестить его. Курмангазы невольно заплакал перед ней; горько стало ему, что не оправдал материнских надежд и снова сидит под стражей. На что Алка сказала «Мен ұл таптым деп жүрсем, жаман, жасық туған екенмін ғой. Кімнің алдында көзіңнің жасын шығарып тұрсың?» (Я думала я родила мужчину, а, оказалось, родила слабака? Перед кем ты плачешь?) и дала ему пощечину. Вспоминая все это, он сочинил кюй, который по праву может считаться настоящей одой матери.
Могучий нар! Твой замутился взор!
Ты горестно рыдаешь? О, позор!
Нет, мать все это вытерпеть не в силах.
Нет, не могу поверить в это. Вздор!

Да как смогу я это перенесть!
О, что произошло с тобой — бог весть!
Не может быть, что ты сегодня плачешь, —
Ты чтил когда-то как молитву, честь.

Все снова надо начинать Алке:
Кто был герой — тот в страхе и тоске.
И, размахнувшись, мать-старуха звонко
Дала шлепок Курману по щеке.

— Напрасно я пришла к тебе, герой!
Ты стал слезливым в камере сырой.
Умру — тогда отдам все слезы богу!
Где мужество твое? Бессилье скрой!

Как пленник, в битве сшибленный с седла!
Что плачешь ты? Плохи мои дела!
Я, видно, зря калжу когда-то ела:
Я слабого мужчину родила!

(Калжой называли горячую пищу из свежего мяса, которую готовили для роженицы.)

Из воспоминаний домбриста оркестра имени Курмангазы. «В дни культуры Казахстана в Германии, после того как оркестр исполнил произведения Курмангазы, к нам подошел немецкий композитор. Он был под впечатлением от услышанного и спросил: «Я бы хотел встретиться с автором этих произведений, если это возможно». Какого же было его удивление, когда он услышал в ответ: «Ах, что вы, автор произведений умер еще в XIX веке!»».

Послушать кюй «Қайран шешем» можно тут

(c) Айжан Хамит. Перепечатка материала запрещена.

Понравилась статья? Поддержи проект здесь!

Литература:

А.Қ.Жұбанов. Ән-күй сапары. Қазақ ССР-нің «Ғылым» баспасы, 1976ж.

А.Жұбанов. Ғасырлар пернесі. Алматы. «Дайк пресс» — 2002

error: Content is protected !!